Только один год своей долгой карьеры Роман ПЕЦ провел в «Черноморце», к тому же, тот сезон закончился для «моряков» печально – вылетом в первую лигу. Но одесские болельщики, как и поклонники других команд, в которых выступал Роман, сохранили хорошие воспоминания об этом футболисте, представителе подзабытого сейчас амплуа чистильщика — либеро.

 

— Роман, расскажите о начале вашего спортивного пути. Как подались в футболисты?
— Как и все дети, начал ходить в детско-юношескую спортивную школу нашего района, это было в моем родном Харькове. Выступал за коллектив под названием «Алмаз». Первый тренер — Владимир Виноградов. В 13 лет перешел к Николаю Кольцову в харьковский спортивный интернат, куда как раз набирался мой возраст, ребята 1969-го года рождения. В нашей группе были Столовицкий, Канчельскис, Сусик, Лаврик, Макогон, многие другие футболисты, впоследствии ставшие известными не только в Украине.

— Уже в 17 лет вы пришли в харьковский «Маяк». Вторая советская лига – это была хорошая школа для молодых игроков?
— Еще в 9-м или 10-м классе нас просматривали в «Металлисте». Прошел три сбора в 86-м году, но в дубль не попал. Многие ребята пошли играть во вторую лигу, Канчельскис в кировоградскую «Звезду», я в «Маяк». Потом служил в армии в Чите, в спортчасти. Когда вернулся в 89-м, снова стал играть за «Маяк».
Что касается второй советской лиги, то, конечно, это была неплохая школа. По положению в домашних матчах должен был обязательно участвовать один молодой футболист. Я играл почти все домашние и некоторые выездные поединки. Коллектив у нас был неплохой, игроки, которые прошли и высшую, и первую лиги, было у кого поучиться. Чемпионат 1989 года я доиграл в «Маяке», а осенью мы вместе с вратарем Валерием Дудкой, царствие ему небесное, перешли в «Металлист».

— Вы успели не только поиграть в высшей лиге чемпионата СССР, но и забить в ней парочку голов, после чего был заголовок в «Советском спорте» «Пец: и швец, и жнец»…
— Да, помню эту заметку. Кажется, я «Шахтеру» забил два гола, и после той игры репортаж вышел под таким названием. Отыграл два чемпионата СССР – 90-го и 91-го годов. Первый сезон я больше выступал за дубль, а во втором начал стабильно занимать место в основном составе. Сначала втягивался, потом уже полноценно набирался опыта. Ну а когда Союз развалился, мы все оказались в украинском чемпионате.

— Когда вы пришли в «Металлист», там была целая плеяда талантливой молодежи — Кандауров, Хомуха, Призетко, Помазун. Чувствовался потенциал той команды?
— Мы могли тогда претендовать на многое. Если бы сохранили состав, то боролись бы за призовые места. Но получилось так, как получилось. Началась неразбериха. Кто в Израиль отправился, кто в Москву, кто в Киев, процентов 80 футболистов разъехалось. Перестала существовать перспективная команда. Из-за этого и получились последующие результаты, когда «Металлист» чуть не вылетел во вторую лигу.
Конечно, основной причиной стали финансовые проблемы. Те условия, которые в 93-м году были в Харькове, в десятки раз уступали киевским и московским. Футболисты учитывали и перспективы. Мы уехали с Сергеем Кандауровым в «Маккаби» из Хайфы, в команду, которая тогда выиграла Кубок страны, а на следующий год стала чемпионом Израиля. Поиграли на международной арене, где было интересно попробовать свои силы.

— Какие матчи запомнились в составе «Маккаби»?
— Не забуду, как прошли московское «Торпедо» в Кубке обладателей кубков. На выезде уступили 0:1, а дома обыграли москвичей 3:1, хотя буквально за 10 минут до конца счет был 1:1. Я тогда забил второй гол, и, как написали газеты, вдохновил ребят на подвиг.
У нас была хорошая команда по меркам Израиля, собралась плеяда сильных футболистов, из которых многие потом заиграли на приличном уровне, те же Хаим Ревиво, Эйял Беркович. В общем, о своем израильском витке карьеры я не то, что не жалею, а осознаю, что он дал сильный толчок в моем развитии, как футболиста, в росте моего индивидуального мастерства. Обидно, что была травма, перелом ноги, это выбило меня из колеи на полгода. Но я восстановился и провел еще несколько удачных лет в Израиле.

— Что скажите об уровне израильского футбола в те годы по сравнению с нынешним?
— С каждым годом уровень растет. Тогда сборная Израиля только пыталась что-то противопоставить серьезным соперникам. Сейчас же, судя по тем играм, которые мне удалось увидеть, стала приличной командой, которая уже не просто для количества присутствует в международном футболе, а навязывает свою игру.

— Немалый вклад в развитие израильского футбола внесли и легионеры из СССР…
— Можно и так сказать. Наших футболистов тогда в Израиле было много. С нами в «Маккаби» играл Ваня Гецко, приехавший на год раньше. Тогда можно было выпускать на поле трех легионеров, и мы втроем закрывали все ключевые позиции – в центре обороны, полузащиты и нападения. В то же время в Израиле еще играл Уваров, заканчивал карьеру Баль, позднее перешедший на тренерскую работу, Кудрицкий, Тищенко, Сукристов, Мороз, Витя Чанов. Можно сказать, что в начале 90-х упор делался на футболистов из стран СНГ. А сейчас, я смотрю, в Израиле играет больше африканцев, западных европейцев, хотя и наши ребята еще есть.

— Футболисты из СССР были квалифицированными и недорогими…
— Да, этим и объясняется их большой приток в израильские команды. Тяжелое время было. Наши руководители шли на продажу ведущих игроков, потому что хотели заработать деньги для клубов. Ну и для футболистов тогда в Израиле очень неплохие условия создавались. А когда я вернулся обратно, то у нас уже жизнь изменилась. В Украине появились бизнесмены, которые были готовы вкладывать деньги в футбол. С тех пор в нашей стране любимая игра миллионов достигла ощутимого прогресса. Украинский футбол вышел на довольно хороший уровень, и дай Бог ему дальнейшего процветания.

— В 97-м году вы сели на корабль и приплыли в Одессу…
— Да, так и сделал. Погрузил вещи в контейнер и на пассажирском лайнере отправился с семьей на родину. Через трое суток прибыли на черноморское побережье. Год проиграл в «Черноморце». В спортивном плане сезон получился неудачным, потому что мы вылетели из высшей лиги. Хотя по первому кругу такого никто не ожидал, команда неплохо закончила осеннюю часть чемпионата. Но затем начались проблемы с финансированием, разные подводные течения, и второй круг мы провалили во всех смыслах. Заканчивали чемпионат без тренера и без денег.

— Начинался тот сезон с хорошими перспективами для «Черноморца», и вы в числе ряда других игроков представлялись солидным усилением состава…
— Полгода по финансам все было нормально, но перед отпуском начались трения. А когда собрались после зимних каникул поняли, что есть проблемы. Задолженности остались, да и то, что нам платили, было уже в другом размере. На этой почве все и вышло, хотя были и другие причины, которые не хочется вспоминать. Мы люди футбольные, наше дело играть. Второй круг футболисты «Черноморца» провалили, и говорить, что мы хорошие, а все из-за того, что не платили будет не правильно. Все виноваты. Случилось то, что должно было случиться.

— Как вам жилось в Одессе? Какие воспоминания остались о городе?
— Честно говоря, первые два месяца были сумбурными. Переезд из-за рубежа в незнакомый город создал немало проблем. Хорошо, что мы дружили с Ваней Гецко и его семьей. Правда, он играл во Львове, но все равно общение было. Ну а потом познакомились поближе с Одессой и уже не хотелось уезжать. Только хорошие впечатления остались о городе и о команде. По окончании сезона я был не против остаться в «Черноморце», но, конечно, под задачу вернуться в элиту через год. Однако пришлось уехать в Харьков. А тут как раз поступило предложение от президента «Металлиста» Валерия Бугая. Харьковский клуб завоевал путевку в высшую лигу, и мне, сами понимаете, хотелось вернуться в родной город после 5 лет отсутствия. Там и мои родители, и родители жены, да и в свою квартиру после съемных очень хотелось, надоело странствовать. Принял предложение «Металлиста» и уже до конца карьеры играл в Харькове.

— Как игралось в «Металлисте» Михаила Фоменко?
— У Михаила Ивановича акцент ставился не на личности, а на командную игру. Исполнители на футбольном поле отдавались не на 100, а на 150 процентов. За счет полнейшей самоотдачи компенсировался недостаток мастерства, мы обыгрывали команды, которые по подбору игроков были на голову выше «Металлиста».
У нас подобрался хороший коллектив, который я с удовольствием вспоминаю. Не было суперзвезд, но по отдаче на поле мы давали фору многим. Школьников, Иваненко, Рудняк, Гольдин, Саша Горяинов, который и сейчас один из лучших вратарей в нашем чемпионате. Это те футболисты, которые работали на поле рядом со мной, на них всегда можно было положиться, и они в любой момент могли подставить плечо.

— Оглядываясь назад, можете назвать нападающих, против которых вам тяжелее всего игралось? Самые памятные дуэли на футбольном поле…
— Одну из первых таких дуэлей я запомнил, это была кубковая игра, и я персонально действовал против Олега Протасова. Мы проиграли 0:1, он и забил, кажется. Помню, что было очень тяжело. Вообще, множество классных нападающих встречалась на моем футбольном пути. Я не так часто действовал персонально, потому что выступал на позиции либеро, подчищал за персональщиками. Играл с любым игроком, с которым возникали проблемы, за которым не успевали мои партнеры. Таких проблемных соперников было много, тот же Гецко — мощный форвард, с ударом, вверху хорошо работал. Киевские нападающие Саленко и Леоненко – своеобразные футболисты, которым было тяжело противостоять.

— Чем занимаетесь сейчас?
— После завершения карьеры игрока год работал детским тренером, был селекционером в «Металлисте». Потом образовался ФК «Харьков», там я тренировал дублирующий состав. Сейчас почти все мои подопечные играют в первой лиге под началом Михаила Стельмаха, ну а я являюсь спортивным директором футбольной школы «Арсенал». Она так только называется, а фактически это школа ФК «Харьков». Наша задача – воспитание местных футболистов для первой команды «Харькова». 

chernomorets.odessa.ua

banner ritm 718